Быть может, началось все еще в раннем детстве, когда отец взял меня с собой порыбачить на карасевый пруд. После очередной поклевки вместо карася на моей леске заходила какая-то крупная рыба, как потом выяснилось, карп.
Мне было лет шесть, но я хорошо помню свои ощущения. Удилище из орешника, поплавок из гусиного пера, словом, снасть была рассчитана совсем на другую рыбу. Борьба была недолгой, карп быстро разделался с леской и ушел, но у меня на всю жизнь остались воспоминания о необычной силище этого подводного красавца. Так в моей душе зародилось какое-то особое уважение, восхищение этой рыбой. И когда в начале 90-х годов до меня стала доходить обрывочная информация о европейской технике спортивного ужения карпа, я твердо решил освоить эту ловлю до мелочей. Мне не верилось, что для карпа существуют государственные границы, и что, например, английский карп чем-то лучше российского.
Признаюсь, на первых порах пришлось проявить определенное упорство, ведь почти цел